AvtorS.clan.SU » Портфолио » Орешек на ладошке (2010-2011), Словесное

Из портфолио Натика ٠ Опубликовано 08.02.2011 в 18:49

Разрешаю пользоваться!

21.
Валерка остановил мотоцикл на окраине поселка. До речки оставалось довольно далеко, но зато было видно, что компания уже в сборе.
- Эй, ты чего? Поехали,- торопил Сашка, сидевший за его спиной.
- Нет, слезай. Давай пешком.
- Чего?!
- Пешком, говорю! Ножками, ножками! А то еще Александру напугаем.
- Кого?
- «Кого…» - передразнил Валерка, - Дочку мою маленькую. Вот кого. Видишь, там коляска стоит?
- Аааа… Так бы и сказал сразу.
- А я как сказал?..
Девушки играли в карты. Негромко смеялись, когда кто-то проигрывал. Ребята кувыркались в речке, фонтаны брызг сверкали веселыми радугами.
- Свет, смотри…
Верка тихонько толкнула подругу. Со стороны поселка к ним шли Сашка и Валерка, везя за руль своего железного коня.
- Привет. Как вы? – Валерка сел около Светы, посмотрел на занавешенную сеткой коляску.
- Прекрасно.
- Спит?
- Спит. Тебе какая разница?
- Свет, пожалуйста…
- Валерочка, ты купаться пришел? Иди купайся. А к нам не лезь. Берег большой. Места много.
Пристально посмотрел на нее. Только усмешка в Светкиных глазах. И ничего больше.
- А вот и не уйду. Буду рядом с вами. Хочешь ты этого или нет.
Вокруг все замерли. Кто-то посмотрел на Линку. А она только улыбалась своим каким-то мыслям.
- Линк, ты-то что молчишь? – тихо сказал кто-то из парней.
- А что мне сказать? Это их дело.
- Неужели тебя это не задевает?
- Ничуть.
Сияющими глазищами она смотрела на говорящего. Все внимание ребят переключилось сюда. Как же так? Ведь вот только пару дней назад…
- Что-то я не совсем поняла, при чем тут я? – Линка оглядела всех.
- У вас ведь что-то было?
- Что? У нас ничего не было. И я открыто заявляю, что кроме того, что вы видели, не было ничего. Абсолютно.
- Это правда, - сказал Валерка.- Как только вы ушли, Я проводил ее до дома. И все. Света… Я тебе клянусь, что это правда.
- Я тебе верю.
- Ну, дела… - протянул Сашка и вытащил сигарету, чтобы прикурить.
- Саня, давай подальше это дело. Тут один важный человек отдыхает…
Александра заворочалась. Света взяла ее на руки. Валерка не отрывал глаз от дочки, любуясь крохотными ручками, пальчиками, губками…И все больше убеждался, что она все-таки больше похожа на него, чем на маму. А малышка причмокивала ротиком, словно искала какую-то вкусноту.
- Я сейчас, - сказала Света, вставая. – Она кушать хочет.
- Помочь? – спросил Валерка.
- Каким образом? - усмехнулась она, но уже совсем беззлобно, и уселась в стороне за коляской спиной ко всем.
Валерка задумчиво почесал макушку под общее хихиканье компании.
– Да… Мне еще учиться и учиться…
22.
Линка проснулась от бившего в глаза света.
Кто-то включил лампу в комнате. Оказалось, это мама что-то выискивала в линкином шкафу.
- Мам? Ты что там ищешь?
- Да вот вещи твои перестирать хочу. А где твой сарафан? Давно его не видела.
- Ой…А мы с Веркой поменялись. Сегодня поменяемся обратно.
Мама отложила в сторону чужую одежду. Странно все. Никогда дочь не менялась вещами с подругой. Что случилось?
- Это Вера ходит в пацанячьих шортах? Лина, что это?
- Мам, так удобно же!
- Ну, смотри у меня!
- Мама…

…Линка нарядилась в орешкины шорты и рубашку и распахнула окно. Осторожно вылезла прямо в сад. Не хотела, чтобы ее кто-то видел.
Огородами пробралась к дому Верки и бросила в раскрытую форточку записку. На всякий случай.
- Орешек! Орешек, миленький! Выйди скорее!
Цветы на пеньке неестественно зашевелились. Орешек, зевая и потягиваясь, уселся прямо среди петуний.
- Ты спал в цветнике? Ну, ты даешь! Не замерз?
- Да вроде нет…Здравствуй. Который час?
- Здравствуй. Не знаю. Около девяти утра.
- Ох, ничего себе…
- Что? Орешек, давай обратно меняться. А то моя мама обо всем догадается. Не нужно это, правда?
- Правда.
И снова ладонь в ладонь, лицом к солнцу, словно ловя каждую капельку солнечного света. И снова он так близко, такой волнующий…
- Орешек…
- Да, Ангел…
- Скажи, а ты пластинки записывал? Ты же пел раньше.
- Нет. Не записывал. Не успел.
- Честно?
- Да. Почему ты спрашиваешь?
Линка пожала плечами. Чисто женское любопытство. Разве он этого не понимает? Ведь в самом деле – голос его она слышит почти каждый день. Зачем ей старые пластинки?
Он соврал. Впервые – ей соврал. Да, у него были пластинки. И они разошлись небывалыми тиражами. Пусть это всего два маленьких виниловых диска, но слушали их в каждой второй квартире.
- Просто я очень хочу услышать, как ты поешь.
- Еще услышишь когда-нибудь, - улыбнулся Орешек, представляя, как она его будет ругать, что он не рассказал ей о пластинках. – Ну, иди же, переодевайся.
И подтолкнул ее к своему дому.

…И снова он оробел, увидев ее в коротком летнем сарафане, на тонких бретельках. А Линка словно и не заметила этого. Отряхнула с подола невидимые пылинки.
- Орешек, представляешь, за вчера столько всего произошло! Ты извини, что не приходила к тебе…
- А что произошло?
Он и сам все знал. Но не хотел отпускать ее так быстро. Ловил каждую минутку рядом с ней. Каждое мгновенье.
- Ой, вот сначала приехала Светка…
И Линка начала описывать ему весь свой день. Орешек слушал не столько рассказ, сколько переливы ее голоса, то, как она говорит.
- …Александра такая крошечная! Ты не представляешь! Такая красавица!.. А потом Валерка стал такой смешной и важный. Ну, цирк! Кто бы мог подумать!..
За разговорами они зашли в другой конец сада. Словно гуляли в заросшем тропическом лесу. Трава казалась высоченной, густой, а полевые цветы были похожи на какие-то удивительные неземные растения. Ромашки, словно огромные зонтики, закрывали небо, создавая ажурную тень. И было во всем этом что-то сказочное и волшебное…
- …Орешек, знаешь, я очень благодарна тебе. За то, что ты есть. За то, что удержал меня на краю. Ведь знаешь, что Валерка и в самом деле…
- Знаю. Только давай не будем о нем говорить, ладно?
- Ты ревнуешь?
- Нет. Я не тот, кто имеет на это право.
По его вмиг потухшим глазам Линка поняла, что он сам себя обманывает. Сам от себя скрывает свои мысли. Подошла к нему близко-близко.
- Я же все вижу, - сказала тихо, - И так же, как и тебе, мне трудно быть рядом. Особенно сейчас.
Долгий взгляд глаза в глаза говорил намного больше, чем они могли сказать друг другу простыми словами…

23.
Линка сидела на подоконнике раскрытого чердачного окна. Вспоминала весь день, глядя на сияющие звезды. День, проведенный с Орешком. От рассвета до заката. Одному Богу было известно, на что она была готова, лишь бы этот день не кончался, лишь бы солнце не садилось… Она помнила каждое его прикосновение, каждый взгляд, каждый взмах пушистых ресниц. Как они нежно щекотали ее щеку, когда она просто обняла его. И как счастливо замирало ее сердце, когда он осторожно касался губами ее губ. Да, сердце просто останавливалось, а внутри все переворачивалось.
Среди звезд вдруг вспыхнула одна, самая яркая. И полетела через все небо, падая за макушки дальнего леса.
- Стань прежним, Орешек… Ну, пожалуйста… - загадала желание Линка, ни на миг не сомневаясь, что это лишь пустые слова.
- …Будь счастлива, мой Ангел, - сказал Орешек, глядя на ту же звезду из своего цветника.
К нему на верх пенька забрались мышки.
- Это был самый замечательный день в моей жизни, - сказал им Орешек. – День с моей Линкой.
Мышки радостно закивали мохнатыми головками и забегали вокруг него.

Ближе к утру начался самый настоящий ливень. С грозой и молниями. Небо было серым, словно старое ватное одеяло, нависало низко-низко над землей.
Линка куталась в старую вязаную кофту и пила горячий чай.
«Интересно, а что делает Орешек зимой, когда тут все снегом завалено?»- подумала она и решила расспросить его в следующий раз.
За окном во все небо полыхнула молния, озарив светом весь дачный поселок.
Лампочка тут же погасла.

- Мам, что случилось?
- Да обрыв где-то, наверное. Такое бывает.
Бабушка тут же достала из старой шкатулки толстые восковые свечи, зажгла старую масляную лампу. Сразу стало как-то уютно и тепло, несмотря на бушующую за окном стихию.
Линка взяла одну свечку и пошла к себе. Осторожно прикрывая трепещущее пламя от ветерка, ей казалось, что она в каком-то странном лабиринте, ходит, ищет выход. Он где-то совсем рядом. Надо только его найти…

24.
Валерка не находил себе места. Какая-то невообразимая тревога не давала даже задремать.
Света… Александра… Он все время думал о них. Что-то непонятное не давало покоя, лишь только он начинал их вспоминать.
- Ты куда в такой ливень? – окликнула баба Клава, увидев, как он хватает с вешалки куртку.
- К Свете. Я ей нужен.
И только дверь хлопнула.

В ее доме было светло. Дядя Витя включил генератор, чтобы не пропало электричество.
Чем ближе подходил Валерка к ее дому, тем сильнее колотилось сердце.
На крыльце столкнулся с ее отцом, спешащим куда-то.
- Что тебе тут надо?
- Дядя Витя, как они? Что случилось?
- Никак, тебя это не касается. Ты свое дело сделал.
- Я должен их увидеть.
- Шел бы ты, Валер, отсюда по-хорошему.
- Я должен их увидеть!

Буквально ворвался в дом, на ходу скидывая мокрые куртку и кроссовки.
Малышка спала в кроватке. Не обращая внимания на грозу. Света дремала в кресле рядом. Покрасневшие веки, нездоровый румянец…
- Света, Светочка, милая, что с тобой? Горишь вся…
- Мастит у нее, - тихо и строго сказала ее мама, наблюдая за ним из соседней комнаты.
- Мастит? А что это?
- Застой молока. Отец в центр поехал за лекарствами. Да и маленькой за питанием. Светка минимум неделю кормить не сможет…
Валерка бросился во двор, чтобы застать ее отца.
Дядя Витя безуспешно пытался завести машину.
- Что ей купить? Я на мотоцикле быстро вернусь.
Отец серьезно посмотрел в его глаза.
Дождь лил как из ведра, вода ручьями стекала с волос и куртки. Но сколько решимости и отчаяния было в этом парне!
Дядя Витя вытащил из внутреннего кармана листок с названием и дал Валерке.
- Деньги возьми!
- Не надо!.. – крикнул парень уже от калитки…
25.
Мокрая дорога от центра до поселка скользко блестела, лужи грязными брызгами разлетались в стороны. Зато под курткой у Валерки было спрятано целое сокровище. Аккуратно завернутые в пакет четыре банки детского питания и таблетки.
Мотоцикл ревел как сумасшедший, пытаясь заглушить шум дождя. Валерка наскоро бросил своего железного коня прямо на дороге, а сам направился в дом Светы.
- Вот. То, что надо, - сказал он, расстегивая насквозь промокшую куртку.
- Ты что, на крыльях летал? Так быстро? – удивился дядя Витя.
- На крыльях.
Вода текла с него ручьями. Он уже обернулся, чтобы уйти.
- Подожди. Раздевайся.
- Что?
- Ты весь промок.
- Ерунда.
Заплакала Александра. Проснулась. Валерка улыбнулся, услышав голос дочки.
- Она проголодалась. Не хочешь покормить ее, молодой папа?

Линка смотрела, как пламя свечи растапливает мягкий воск.
Что-то необъяснимо-волнующее творилось у нее на душе. Как предчувствие чего-то странного и прекрасного. Тучи понемногу рассеивались, дождь кончался. Словно кончалось в ее жизни что-то темное и непонятное.
Словно какая-то сила подняла ее и заставила снова пойти на чердак. К пластинкам.
Они словно ждали ее.
Снова по одной беря в руки, Линка бережно перебирала их. Снова знакомые откладывала в сторону, а незнакомые – в отдельную стопку.
Битые и сколотые - в коробку обратно. С ними потом…
Неизвестные фамилии и имена. Их совсем немного. Зачем она так долго смотрит на них? Рваные конверты с абстрактным рисунком. Ни одной фотографии исполнителя…

Замигал свет по всему поселку – починили электричество.
Линка включила старенький проигрыватель. Поставила измятую голубую пластинку… Джаз, вальсы, диско, что-то непонятное… Нет. Это какой-то женский голос… Скорей всего – афроамериканка, судя по тембру. Три песни. На английском. Две с одной стороны, и одна – с другой. Нет, не то…
Следующая пластинка. Тоже гибкая и тоже голубого цвета…Кто там поет? Какой-то Маноло Санчес. Тут четыре песни.
С первых же тактов Линка замерла. Даже еще не слыша голоса… Так знакома показалась эта музыка. Песня на испанском языке. Как льется голос… Такой знакомый…
- Орешек…

Открыл глаза. Дождь почти прекратился, суда по звукам снаружи.
Было холодно и странно. Что-то было не так.
Он не мог понять – что именно. Так же горели светлячки, так же грело вязаное одеяло, так же мышки притащили кусок сладкого сухаря на завтрак…
- Линка, - сказал Орешек, на ходу одеваясь, торопясь к выходу…

Увидел свет на чердаке и остановился. Поздно. Линка, зачем ты так…

Снова и снова она ставила подряд четыре песни. Голос. О чем он поет? Надо будет спросить его.
Свеча давно погасла, сквозь окошко чердака пробивался тусклый свет пасмурного дня.
Линка уже выучила наизусть все мелодии и даже кое-где – слова.

- Лин, ты обедать идешь? – на чердак заглянула мама.- Что это у тебя тут?
- Пластинки. Мам, ты знаешь, кто это поет?
- Какой-то испанец. Красиво, да? Мне тоже нравилось… Так ты идешь?
- Да…

26.
В воздухе висел мелкий противный дождь. Непонятно было – то ли шел, то ли нет. Линка смотрела из своего окна на промокший огород, на заветный пенек. И не знала, что оттуда так же молча смотрит на нее грустный Орешек…
- Линка… Что же ты наделала, глупая… Что же теперь будет…

Он не представлял, что могло его ждать.
Никому и никогда он не раскрывал своего имени. Даже мышкам не говорил. Впрочем, они любили его таким, каким он был. Веселым добрым заботливым другом. А друзьям имена не выбирают. Сам он помнил, конечно, все. Но не говорил никому.
Да и кому он мог сказать?
Давно еще, когда он жил далеко отсюда, в другой стране, в другом городе, он говорил сам с собой. Отражение в осколке зеркала было единственным его собеседником в те времена.
И тогда он заметил, что когда называет себя по имени – начинает дико болеть голова. Становится просто невыносимо!
А что будет теперь, когда она вдруг назовет его по имени?
Страшно было даже думать об этом…
Солнца не было весь день. Только хмурые тучи затянули все небо пеленой, словно грозились сотворить что-то страшное. Орешек боялся встречаться с Линкой.
Мышки заботливо вертелись вокруг, но не могли ничем помочь ему…
Полночи он проворочался. И лишь под утро устало задремал…

За ночь ветер немного подсушил землю, ушла вода, оставив только немного влаги. Тучи рассеялись, день предстоял быть снова жарким. С такими перепадами погоды у Линкиной бабушки разболелась голова, и начался период рабочей активности.
- Линка, давай двигай диван, там столько пылищи скопилось!
- Ба, две недели назад мыли. Хватит, а?
- Что значит «хватит»? В грязи зарасти хочешь?
- Там чисто.
- Давай-давай! Работай. Чтобы голова не болела.
- Ну, это же у тебя голова болит. Вот и тряси свои половики…
- Вот молодежь пошла!

С вымученным видом Линка взяла пару круглых вязанных половичков и картинно стряхнула их с крылечка. Потом сунула в руки бабушки.
- Довольна?

-… А теперь пора и за веранду взяться…
Линка улучила момент и прошмыгнула в огород. Нет уж. С нее хватит генеральной уборки. У бабушки моральная патология! Все нормальные люди при головной боли пьют таблетку и счастливо успокаиваются. Линке повезло больше всех. Ее бабушка вместо таблетки затевала генеральную уборку дома, втягивая в это дело всю семью.
Пенек блестел дождевой росой. Цветки сложили свои лепестки и не спешили раскрываться навстречу проснувшемуся солнцу. Трава была мокрой, земля холодной. Линка присела на корточки и заглянула в мышиную норку.
- Орешек! Иди сюда, смотри скорее, что я принесла.

Молча вышел и встал перед ней. Руки в карманы. Грустный, невыспавшийся, с вымученным взглядом.
- Да что с тобой? – опешила Линка.
Взяла его в ладони. Орешек уселся поудобнее, стараясь не смотреть на нее. Даже не встрепенулся, как обычно это делал, когда она целовала его в лохматую макушку.
- Я соврал тебе. Я выпускал пластинки. Давно.
- Я знаю. Нашла на чердаке. Ты очень красиво поешь.
- Спасибо.
- И у тебя прекрасное имя. Ма…
- Нет!
- Почему?
Он посмотрел на нее своими ореховыми глазами, полными ужаса. Помотал головой, умоляя не говорить ничего.
- Ты не хочешь, чтобы я произносила твое имя? Что случится?
- Я не знаю. Но знаю, что ничего хорошего.
Он сидел на ее ладонях и отчаянно старался стереть из ее памяти два слова. Ничего не получалось. У Линки только голова начала болеть.
- Что ты делаешь? Прекрати! – поморщилась она.
- Извини. Ничего не получается… Что-то происходит непонятное. Что-то не так…
- Не думай о плохом. Лучше пойдем прогуляемся. Погода налаживается.
Он не сопротивлялся. Разлегся в ладонях как в гамаке и наслаждался теплом ее рук. Линка пошла к речке. Давно она тут не была. Давно вся шумная компания не собиралась на берегу. Да и сегодня, после дождя, было еще прохладно для купания. Зато трава уже высохла, и можно было присесть.
- Красиво тут, - сказал Орешек, глядя, как под лучами солнца переливается мелкими барашками река.
- Да. А вода изумительная. Скорей бы прогрелась. Пойдем с тобой купаться.
- Купаться?!
- Ну, да. Ты плавать умеешь?
- Не знаю. Раньше умел немного.
Линка улыбнулась. Представила, как бы они дурачились, если б… он стал прежним, большим. А может, он снова сделает ее маленькой? Тогда будет веселее…
- Орешек, а ты споешь для меня?
- Не сейчас. Потом. Ладно?
- Ладно.
Он немного успокаивался, проходило то напряжение, Линка это чувствовала. Но все равно он боялся, что однажды она назовет его по имени.
Она словно прочитала его мысли. Поднесла его к лицу и прошептала с улыбкой:
- Ты всегда будешь для меня милым маленьким сладким Орешком…Что бы ни случилось…

Статистика: 699 просмотров ٠ рейтинг: 0.0 по мнению 0 оценивших

Оцените произведение:

Всего комментариев: 0